№12(380)

Июнь 2014

Эхо войны

 Автор:  Ирина Садовникова

                                       
Жизнь иногда преподносит удивительные сюрпризы. В мае 2012 года в газете «Земляки»  была помещена перепечатка статьи «Третий подвиг» из газеты  «Московский Большевик» за 11 декабря 1943года с предисловием Нины Дубровской. В статье рассказывалось о том, как моя мама - Павлоцкая Ева Владимировна - вернула зрение молодому танкисту Кириллу Коноплицкому, тяжело раненному разорвавшимся снарядом. К сожалению, мы с мамой не знали, как в дальнейшем сложилась судьба Кирилла Ароновича Коноплицкого.  И вдруг неожиданность - Аркадий Клебан получает по электронной почте письмо от дочери этого танкиста - Татьяны Кирилловны:


«Дорогие, милые земляки, здравствуйте!       

Совсем случайно оказалась на вашем сайте. Потом много плакала, а позжерешила вам написать. В выпуске газеты № 10 (330) за май 2012 года прочитала письмо Нины Дубровской. В нем она пишет о своей подруге Ирине Садовниковой и ее маме, которая в годы Великой Отечественной войны была доктором. В своем письме она разместила статью "Третий подвиг", которая была напечатана в 1943 году в газете "Московский большевик". Статья эта о том, как настойчивость, профессионализм доктора, доброта и человечность женщины помогли вернуться к жизни умирающему танкисту. Только для меня эта статья не о маме Ирины, а о моем отце  - Коноплицком Кирилле Ароновиче.
Этот эпизод из жизни папы я знала, но так подробно - нет. И о докторе, об этой прекрасной женщине, слышу впервые. Представить, что я сейчас чувствую, невозможно. Чувство счастья и благодарности к этим женщинам, которые столько лет помнят и ПИШУТ об этом,  переполняют. Как бы мне хотелось непременно сказать им это лично! Надеюсь, что вы сможете как-то передать им, что я их ищу.
Спасибо вам всем. Низкий поклон!
С уважением и благодарностью Татьяна.

 Врач Павлоцкая Ева Владимировна

    Это письмо переслали мне. Я связалась с Татьяной Кирилловной по электронной почте и получила от неё ответ:

«Дорогая, милая Ирина Николаевна! Здравствуйте! То, что для меня, для всех нас, значит Ваш ответ, словами и не объяснить.  Как же я рада, что Вы есть! А я ведь совершенно (абсолютно!!!) случайно  зашла на сайт газеты "Земляки". Просто страшно становится, когда думаю, что могла и не прочитать статью Вашей подруги, что столько лет Вы были и помнили, а я не знала о Вас. Конечно же, у нас есть и телефоны, и скайп, и я непременно, как можно быстрее, хочу Вас увидеть.
 Расскажу немного о нас. Папа умер в 1977 году, 2 августа. Приехал из командировки и заболел (август был очень жаркий, и в поезде везде были сквозняки). Пошел утром к врачу - двусторонняя пневмония. Положили в больницу. Мама побежала к нему в обед. Чувствовал он себя не очень - была высокая температура. Она ушла. После обеда сделали укол пенициллина, развился анафилактический шок, и папа мгновенно умер. В декабре 1977 родилась я.  Мама назвала меня Кирой, но бабушка бунтовала, и меня назвали Таней (так звали папину маму, которую он не помнил). Все  мое сознательное детство прошло со словами мамы :"Ты должна помнить, кто твой отец! Учись хорошо, веди себя хорошо, старайся и т.д." 
Все, что я знаю о папе, - это от мамы, бабушки, моих родных и близких, товарищей папы по работе. Период войны - отдельный разговор. Папа не очень любил рассказывать об этом. Мама говорит, что как-то все вскользь, о других, о товарищах, военных операциях, но не о себе. Папа был представлен к званию Героя Советского Союза, но в сложной фронтовой обстановке представление задержалось, а потом папа был контужен и эвакуирован в госпиталь. Представление это он так никуда и не отдал.
Похоронен папа в Твери, и мы часто бываем у него. 
 Всего не перескажешь. Хочется Вас увидеть.  
Берегите себя. Обнимаю Вас. Низкий поклон».
После этого письма захотелось узнать подробнее, что заставило дочь  Кирилла Ароновича Коноплицкого просматривать газеты, выходившие во время Великой Отечественной войны. Вот, что ответила Татьяна:
       «В канун 9 мая Кириллунашему старшему сыну - по истории задали написать реферат о подвигах, совершенных советскими солдатами и офицерами во время ВОВ. Он совсем не успевал и попросил меня. Я решила, что будет очень интересно не просто скачать готовый реферат или пусть даже его написать, а найти газеты того времени и принести в школу. Президентская библиотека имени Б.Н. Ельцина оцифровала уже очень много всего.  Я сначала зашла к ним на сайт, посмотрела, но статьи такой, чтобы мне подходила, не нашла. Зато там я нашла  названия газет интересующего меня периода. Потом в Google после нескольких попыток я просто забила следующую фразу "Газета  "Московский большевик", 1943 Архив" То, что открылось, начала листать. Архив газеты "Земляки" был где-то в самом начале. Открылась статья. Я прочитала то, что было написано жирным шрифтом. Поняла, что мне это подходит, и стала читать. Фамилию свою я увидела через секунду. Дальше я уже читала статью не о подвигах, не для "галочки" и реферата,  а о родном человеке.
Помогло мне начать читать то, что было написано в начале статьи, то
есть, что написано было Вами, Нина. Спасибо.
Обнимаю, Таня».

Статья «Слово о друге» с фотографией 
подполковника Кирилла Ароновича Коноплицкого


A 20 мая, Татьяна прислала мне копию статьи «Слово о друге» из детского журнала «Костёр» за 1975 год, в которой рассказывается о геройских подвигах Кирилла Ароновича Коноплицкого до ранения и после.  Поскольку копию невозможно поместить в газету из-за плохого качества, я приведу отрывки из статьи.
     «... Войну Кирилл начал механиком-водителем танка. Командовать танком он стал потом, после окончания училища. В сражении под Москвой его танк БТ-7 завязал неравный бой с фашисткими танками и два из них подбил, а третий обратил в бегство, а потом ещё уничтожил четыре бронемашины. В этом бою Кирилла ранило. Он вернулся в строй, когда началась Сталинградская битва и принимал участие в бою на Мамаевом кургане и в упор бил по наседавшим гитлеровцам. Затем была Курская дуга, где его танк прорвался  к штабу фашистской дивизии, разгромил его и благополучно доставил командованию важные документы, в том числе карты минных полей...
 Жизнь Кирилла постоянно  висела на волоске. Вокруг падали бомбы, рвались мины и снаряды, свистели пули. Кирилл вместе с мотострелками ходил в атаку и дрался в рукопашную. Погибали боевые друзья. В жестоких танковых боях он сменил семь машин. Но смерть обходила его стороной.  Он поражал врачей своей нечеловеческой живучестью. Однажды его привезли в армейский госпитал без сознания, парализованного. Он долго и мучительно умирал. И всё-таки что-то настораживало и смущало врачей, наблюдавших за этой напряжённой и упорной борьбой со смертью. Кирилла отправили самолётом в Москву. На Московском аэродроме медицинская сестра решила, что Кирилл мёртв. Его на носилках положили в пустой холодной комнате. Через несколько часов туда пришёл врач, чтобы официально установить смерть. Он взялся за безжизненную руку и неожиданно уловил еле заметные толчки пульса. Кирилла немедленно доставили в клинику...».
Это была клиника Нервных болезнй 1МОЛМИ, где в то время работала, вернувшись из эвакуации, Павлоцкая Ева Владимировна (моя мама), которая стала лечащим врачом Кирилла Коноплицкого. Помимо того, что у больного были парализованы правая рука и правая нога, тяжёлое сотрясение головного мозга, он потерял зрение, что мучило его больше всего. Врач  внимательно изучила историю болезни и пришла к выводу, что Кириллу можно вернуть зрение. Но это можно сделать только, если заниматься с больным по 5-6 часов ежедневно, но при этом врач должна отказаться от того, чтобы видеться со своей шестилетней дочкой, от немногих часов заслуженного отдыха, от друзей, от всего, чем была наполнена её личная жизнь, и целиком посвятить себя больному. Мама решила: если есть хотя бы один шанс вернуть зрение, то этот шанс надо проверить, испытать. И началась борьба, которая по своему благородству ничуть не ниже той, которую вели наши солдаты на полях сражения в годы войны. Позабыв всё на свете, моя мама самоотверженно трудилась месяц и семь дней. А на 38й день  Кирилл Коноплицкий открыл глаза, подошёл к окну, выглянул во двор, потом закрыл глаза, снова открыл их и понял, что он всё видит.
  «...Когда через год после этой тяжёлой контузии Кирилл вернулся в часть, друзья подарили ему стальное кольцо с надписью на внутренней сторооне: «Прохоровка, 1943». Кольцо выточили из брони фашистской «пантеры», подбитой Кириллом на Курской дуге. Но этот подарок оказался прощальным - врачи запретили Кириллу воевать в танке.
 С танковыми частями Кирилл, однако, не расстался. Его назначили начальником разведки танковой бригады. Это была не меньшая ответственность и не меньшая опасность. Талантливый танкист оказался талантливым разведчиком. Невозможно не припомнить случая, чтобы Кирилл не выполнил боевого задания, не добыл «языка». 22 январе 1945 года,  непосредственно руководя  разведдозором, майор Коноплицкий проскочил к шлюзу на реке Одер и перебил его охрану, которая должна была взорвать шлюз, чтобы воспрепятствовать переправе советских войск на ту сторону. Оставив охрану у шлюза, он с небольшой группой разведчиков решил переправиться на западный берег Одера. Когда Кирилл со своими разведчиками ступил на лёд реки, фашисты открыли ураганный огонь из орудий и миномётов. Лёд был разбит, разведчики под обстрелом перепрыгивали с одной льдины на другую. Несколько человек погибло, но остальные бросились в атаку и захватили первые метры промёрзлого берега. Потом они отбивали танковые атаки. В последний момент подоспела помощь.
 Таких эпизодов в жизни Кирилла было много».         

Немецкий танк «Пантера», подбитый в бою под деревней Прохоровка


Вот такая история. Я и Таня продолжаем общаться по электронной почте и по скайпу. Я полюбила эту семью за открытость, искренность и теплоту. И теперь у меня есть родные и близкие люди.  
Такое необычное продолжение имеет публикация статьи о моей маме «Третий подвиг» на страницах газеты «Земляки». И за это я очень благодарна Аркадию Клебану.

в начало статьи